stailker: (Default)


На 8-й международной оборонной выставке MILEX 2017 (Минск, Беларусь) белорусская государственная компания "Белспецвнештехника" представила модернизированные УР воздушного боя малой дальности Р-60 и Р-73 советской эры, сообщает airrecognition.com (24 мая).

Read more... )
stailker: (Default)
http://i.imgur.com/LIvEc9l.png

Radionix разрабатывает инновационную радиолокационную систему X-диапазона, которую он назвал Esmeralda. Система разрабатывается с использованием гибкой архитектуры открытой архитектуры, использующей концепцию строительного блока, которая позволяет интегрировать ее как с оружием SAM, так и с самолетами МиГ-29 и Су-27 или другими подходящими платформами, существующими и перспективными в настоящее время.


Read more... )
stailker: (Default)




Луцкий ремонтный завод «Мотор», который является частью авиационного кластера ГК «Укроборонпром», созданного на базе ГП «Антонов», увеличил экспортные поступления на 74% в 2016 году. Об этом свидетельствуют результаты финансовой отчетности компании.

В 2016 году показатель экспортных поступлений ЛРЗ «Мотор» составил 579,2 млн. грн, тогда как в 2015 году – 333,3 млн. грн.

Read more... )
stailker: (Default)



Майже на 100 млн грн за рік збільшився чистий дохід Львівського державного авіаційно-ремонтного заводу, що є частиною авіаційного кластеру ДК «Укроборонпром», створеного на базі ДП «Антонов». Про це свідчать результати фінансової звітності компанії.
У 2016 році показник чистого доходу від реалізації продукції склав 311,8 млн грн, тоді я к у 2015 році – 218,6 млн грн. Експортні надходження ЛДАРЗ також зросли: зі 120,5 млн грн у 2015 році до 130,1 млн грн у 2016 році. Минулого року підприємство уклало 10 міжнародних контрактів. Серед його іноземних партерів – компанії з Польщі, Азербайджану, Білорусі, М’янми та Алжиру.

Read more... )
stailker: (Default)
 Журналіст «ВЗ» побувала на Львівському авіаційно-ремонтному заводі – єдиному в Україні, де ремонтують винищувачі МІГ-29.
 

Більшість із опитаних мною знайомих на запитання: “Чи знаєте, що у Львові є авіаційно-ремонтний завод?” відповідали: “Перший раз чую”. Донедавна не мала поняття про існування заводу і я. Нещодавно самій довелося побувати на Львівському державному авіаційно-ремонтному заводі — коли його інспектував генеральний директор державного концерну  «Укроборонпром» Роман Романов (підприємство є складовою концерну).

Read more... )

Особливо пишаються підприємства “Укроборонпрому” оперативно впровадженою програмою імпортозаміщення. Йдеться про виготовлення деталей, які раніше поставлялися від виробників Російської Федерації.

У деяких цехах впадає у вічі раритетне обладнання — верстати, пофарбовані у “радянський” зелений колір, із приборними щитками і шкалами характерного дизайну. Є навіть старі креслення. Уся ця документація — російською мовою, адже за 26 років української незалежності ми не спромоглися створити технічні словники і термінологію. Саме тому, зауважила, працівники авіаремонтного з виробничих питань переважно спілкуються російською. Старі верстати могли би стати окрасою музейних експозицій. “Був у нас верстат 1915 року, — розповідає працівник пан Іван. — Уже не працював, хоча був у робочому стані, стояв окремо на подіумі. Шкода, що розібрали на деталі. Треба було його залишити!”.

“Треба зрозуміти специфіку нашого підприємства, — пояснює Роман Качмар. — Багато стратегічного обладнання завод отримав після Другої світової війни по ленд-лізу. Це австрійське, німецьке обладнання — токарні, фрезерні, шліфувальні верстати, які досі працюють. Ми самі іноді підсміюємося з цього. Специфіка ремонтного виробництва в тому, що немає поточного виробництва деталей. У нас фактично штучне виробництво. Тому для виробництва однієї деталі немає потреби в обробному центрі з цифровим управлінням, серйозного верстатного обладнання. Але у зв’язку із запровадженням імпортозаміщення, ми, як і більшість підприємств “Укроборонпрому”, переоснащуємо свій верстатний парк. Це — великі гроші, тому процес іде поступово. Наприклад, у механічному цеху є високошвидкісний обробний центр американської фірми HURCO. Зараз у закупівлі — токарний обробний центр. Але надсучасне обладнання — не самоціль. Наша мета —  рентабельна робота у рамках визначених завдань”.

Пройшовши усі етапи ремонту у різних цехах, літак прямує на льотно-випробувальну станцію. Для цього у штаті заводу є один пілот. З заводу вирулює на злітно-посадкову смугу, спільну з аеропортом. Робить два випробувальні польоти, потім — ознайомчий політ (вже з пілотом експлуатуючої частини), після чого летить у полк. Літак для інозамовника після двох випробувальних польотів розбирають на крупно-агрегатні одиниці, вантажать у транспортний літак, і він прямує у країну за призначенням. Туди ж летить львівська бригада спеціалістів. Там  складають і “обльотують” машину. Замовник робить ознайомлювальний політ. Після цього підписує акт готовності й авіазаводу перераховують кошти.

Як і на кожному підприємстві, на авіазаводі є свої легенди. Наприклад, заводо­управління (центральний офіс по-сучасному) тут досі називають “штабом”. Назва залишилася з часів Другої світової війни. Працівники на умови роботи не скаржаться. Середня зарплата — 8,5 тисячі (працює приблизно 900 осіб), стабільна робота, на території є їдальня, де стандартний обід обходиться у 20 гривень (решту доплачує підприємство).

Джерело: Високий замок online — http://wz.lviv.ua/economics/197992-na-krylo

stailker: (Default)


Надежность российских и американских ТРДДФ разительно отличается, сообщает Indian Aerospace Defence News - IADN (22 апреля).

Наработка на отказ (Mean time to failure - MTTF) - средняя продолжительность работы какого-либо оборудования между двумя последовательными отказами, отмечает источник. Это технический термин, который используется для характеристики надежности двигателя (в данном случае).

РД-33 советской разработки имеет наработку на отказ около 500 часов, его американский "коллега" F404 - почти 1100 часов! (восклицательный знак от источника). Решение оснастить LCA Tejas двигателем F404 вместо РД-33, возможно, стал причиной того, что с 2001 года "Теджас" не потерпел ни одной аварии! (восклицательный знак от источника).
stailker: (Default)
Перевожу - наши МиГ-29МУ и Су-27МУ - с модернизированным РЛПК Н001М с картографированнием, воде и земле. ОЛС ТВ-каналом и Тубус-2 и прочими бомбами, ракетами - делают из наших истребителей:


- Самые, что не есть 4++!


Read more... )
stailker: (Default)
 

General data on Opto-electronic aim system (OEPS-30I)

 

 

Basic operating modes of the system OEPS-30I:

- survey, with viewing of zones with the various sizes;
- lock and automatic tracking of the target with range measurement;
- targeting with subscanning.

 Structurally of OEPS-30I systems includes: 

Read more... )
Read more... )
stailker: (Default)



В последнее время новостные ленты российских СМИ все чаще пестрят сообщениями о небывалом прорыве в импортозамещении. Успехи действительно есть, например, в сельском хозяйстве и животноводстве. Однако, как отмечает ряд экспертов, заменить отечественными аналогами удалось лишь незначительную часть импорта – в основном это касается товаров и услуг, производство которых не требует серьезных денежных вливаний и высокой квалификации сотрудников. А вот, что касается высокотехнологичных отраслей, машиностроения и особенно ракетостроения – достигнуть высоких результатов пока так и не удалось. Особенно это касается военно-промышленного комплекса.


Поэтому в период обострения геополитической обстановки как в регионе, так и мире в оборонной сфере мы остаемся зависимы от стран НАТО, ЕС и что самое удивительное (!), от Украины.


Причем самой уязвимой областью, с точки зрения замещения, стала ракетная техника, российский флот и авиация, которые по-прежнему зависят от украинских комплектующих.


Несмотря на прекращение военно-технического сотрудничества, мы продолжаем закупать у официального Киева малогабаритные турбореактивные двигатели для противокорабельных ракет Х-35Э и тепловые головки самонаведения для ракет ближнего боя Р-73Э, используемые фронтовой авиацией. Над первой уже несколько лет безрезультатно работает НПО «Сатурн». Что же касается ракет Р-73Э, то им на замену решено создать новую ракету ближнего боя, разработкой которой занимается КБ «Вымпел». Ее испытания, в лучшем случае, пройдут в ближайшие года три, а еще через год она может быть принята на вооружение. Поэтому ждать ракет собственного производства стоит не раньше чем через четыре года.


Еще одним печальным событием в реализации программы тотального импортозамещения стал срыв гособоронзаказа от концерна ВКО «Алмаз-Антей» по проекту зенитно-ракетного комплекса морского базирования «Полимент-Редут». По словам начальника Главного управления вооружения генерал-лейтенанта Анатолия Гуляева, концерн не может довести разработку до заявленных технических характеристик, «ракеты валятся на третьей секунде».


Не лучше у нас обстоят дела и с другими комплектующими, поставляющимися в Россию из Украины. Критическое значение для отечественного ВПК имеют двигатели для средних и тяжелых вертолетов Камова и Миля, а также газотурбинные установки, которыми оснащаются все новейшие фрегаты и большие десантные корабли, «строящиеся» в настоящее время на верфях. Но если производство силовых установок для винтокрылых машин, пусть и мелкосерийное, уже развернули в Санкт-Петербурге на заводе им.Климова, то собственные газотурбинные морские двигатели нам еще только предстоит создать.


Но все-таки главная «беда» российской оборонки заключается в отсутствии собственной элементно-компонентной базы (ЭКБ), которая лежит в основе любой современной сложной военной техники. Раньше электроника закупалась в странах ЕС и НАТО, но с введением Западом санкций на поставку в Россию ЭКБ категорий «military» (для использования в военных системах) и «space» (радиационно стойкие комплектующие) наш ОПК оказался в очень сложном положении. Удивительно, но вместо того, чтобы вложить средства в организацию производства на территории России, мы вынуждены втридорога закупать аналоги необходимых элементов в Китае. Это, в свою очередь, ведет к удорожанию конечного продукта оборонной промышленности и потери конкурентоспособности на внешнем рынке.


На сегодняшний день политика «абсолютного и бездумного» импортозамещения уже привела к отказу Вьетнама от покупки российских систем ПВО Панцирь-С1 в пользу более дешевого израильского комплекса «SPYDER». В последующем такой подход в замене импорта отечественными аналогами может стать причиной снижения экспорта вооружения, который, к слову, является второй по доходности статьей в бюджете государства.


Да что там Вьетнам – сам факт того, что премьер-министр РФ Дмитрий Медведев снял запрет на иностранные госзакупки для силовых ведомств, свидетельствует, если не о полном, то частичном уж точно, провале программы импортозамещения. Согласно принятому постановлению, теперь ведомства смогут вновь закупать зарубежные товары, даже если их аналоги производятся в России. А ведь именно за счет госзакупок на плаву держатся большинство предприятий ВПК. Выходит, что отечественные производители вновь останутся не у дел.


Совершенно очевидно, что программа тотального импортозамещения в российском ВПК, принятая нашим руководством, далека от реального положения дел в оборонке и не направлена на замещение чувствительных для военно-промышленного комплекса компонентов, а скорее усугубляет и без того тяжелый экономический кризис.


Яркий пример – замена минских шасси отечественными аналогами. Процесс крайне невыгодный обеим сторонам, как с технической, так и экономической точки зрения. Да и в чем смысл нашей независимости от белорусского МЗКТ, оборонного предприятия нашего ближайшего союзника, когда мы по-прежнему продолжаем сидеть на оборонной игле Украины, Запада и стран НАТО, с которыми якобы не дружим!


Но нет, наша оборонка даже после провальной попытки КАМАЗа создать альтернативу многоосным шасси МЗКТ, на которую, между прочим, ушло 9 лет и миллиарды рублей, не останавливается на достигнутом и вместо несостоявшегося проекта «Платформа О» собирается раскошелиться на новый проект «Компрессор», которым готов заняться все тот же КАМАЗ.


Минские шасси грузоподъемности менее 40 тонн, на которых базируются оперативно-тактические ракетные комплексы «Искандер», реактивные системы залпового огня «Смерч» и «Торнадо», зенитные ракетные системы С-300 и С-400 планируется заменить колесными шасси Брянского автомобильного завода. Такая замена, собственно говоря, выходит в разы дороже, чем купить весь «Минский завод колесных тягочей» на любых условиях у тех же белорусов.


А ведь Лукашенко предлагал за три млрд долларов купить МЗКТ, но нет, нам даром надо. Вот только теперь это «даром» обходится в 9 млрд рублей (это только на модернизации БАЗа), не говоря уже об оплате долгов предприятия и стоимости организации всей линии производства. Арифметика оборонщиков проста – лишь бы не достался Белоруссии кусок нашего пирога.


Складывается впечатление, что импортозамещение, особенно в ВПК, больше походит на распиловку оборонного бюджета, чем на замещение отечественными аналагами критически важных компонентов вооружения, необходимых для обороноспособности всей России.


В общем, можно смело заявить, что наш ВПК как с технической, так и с экономической точки зрения импортозамещение похоже провалил.


Права на данный материал
принадлежат Бортовой журна

Профіль

stailker: (Default)stailker

July 2017

M T W T F S S
      1 2
3 45 6 7 89
10 1112 13141516
17 1819 20 21 22 23
24 252627282930
31      

Заголовок

RSS Atom

Резюме сторінки

Стиль рубрики

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 10:36 am
Powered by Dreamwidth Studios