stailker: (Default)


На 8-й международной оборонной выставке MILEX 2017 (Минск, Беларусь) белорусская государственная компания "Белспецвнештехника" представила модернизированные УР воздушного боя малой дальности Р-60 и Р-73 советской эры, сообщает airrecognition.com (24 мая).

Read more... )
stailker: (Default)
http://i.imgur.com/LIvEc9l.png

Radionix разрабатывает инновационную радиолокационную систему X-диапазона, которую он назвал Esmeralda. Система разрабатывается с использованием гибкой архитектуры открытой архитектуры, использующей концепцию строительного блока, которая позволяет интегрировать ее как с оружием SAM, так и с самолетами МиГ-29 и Су-27 или другими подходящими платформами, существующими и перспективными в настоящее время.


Read more... )
stailker: (Default)




Луцкий ремонтный завод «Мотор», который является частью авиационного кластера ГК «Укроборонпром», созданного на базе ГП «Антонов», увеличил экспортные поступления на 74% в 2016 году. Об этом свидетельствуют результаты финансовой отчетности компании.

В 2016 году показатель экспортных поступлений ЛРЗ «Мотор» составил 579,2 млн. грн, тогда как в 2015 году – 333,3 млн. грн.

Read more... )
stailker: (Default)



Майже на 100 млн грн за рік збільшився чистий дохід Львівського державного авіаційно-ремонтного заводу, що є частиною авіаційного кластеру ДК «Укроборонпром», створеного на базі ДП «Антонов». Про це свідчать результати фінансової звітності компанії.
У 2016 році показник чистого доходу від реалізації продукції склав 311,8 млн грн, тоді я к у 2015 році – 218,6 млн грн. Експортні надходження ЛДАРЗ також зросли: зі 120,5 млн грн у 2015 році до 130,1 млн грн у 2016 році. Минулого року підприємство уклало 10 міжнародних контрактів. Серед його іноземних партерів – компанії з Польщі, Азербайджану, Білорусі, М’янми та Алжиру.

Read more... )
stailker: (Default)
 Журналіст «ВЗ» побувала на Львівському авіаційно-ремонтному заводі – єдиному в Україні, де ремонтують винищувачі МІГ-29.
 

Більшість із опитаних мною знайомих на запитання: “Чи знаєте, що у Львові є авіаційно-ремонтний завод?” відповідали: “Перший раз чую”. Донедавна не мала поняття про існування заводу і я. Нещодавно самій довелося побувати на Львівському державному авіаційно-ремонтному заводі — коли його інспектував генеральний директор державного концерну  «Укроборонпром» Роман Романов (підприємство є складовою концерну).

Read more... )

Особливо пишаються підприємства “Укроборонпрому” оперативно впровадженою програмою імпортозаміщення. Йдеться про виготовлення деталей, які раніше поставлялися від виробників Російської Федерації.

У деяких цехах впадає у вічі раритетне обладнання — верстати, пофарбовані у “радянський” зелений колір, із приборними щитками і шкалами характерного дизайну. Є навіть старі креслення. Уся ця документація — російською мовою, адже за 26 років української незалежності ми не спромоглися створити технічні словники і термінологію. Саме тому, зауважила, працівники авіаремонтного з виробничих питань переважно спілкуються російською. Старі верстати могли би стати окрасою музейних експозицій. “Був у нас верстат 1915 року, — розповідає працівник пан Іван. — Уже не працював, хоча був у робочому стані, стояв окремо на подіумі. Шкода, що розібрали на деталі. Треба було його залишити!”.

“Треба зрозуміти специфіку нашого підприємства, — пояснює Роман Качмар. — Багато стратегічного обладнання завод отримав після Другої світової війни по ленд-лізу. Це австрійське, німецьке обладнання — токарні, фрезерні, шліфувальні верстати, які досі працюють. Ми самі іноді підсміюємося з цього. Специфіка ремонтного виробництва в тому, що немає поточного виробництва деталей. У нас фактично штучне виробництво. Тому для виробництва однієї деталі немає потреби в обробному центрі з цифровим управлінням, серйозного верстатного обладнання. Але у зв’язку із запровадженням імпортозаміщення, ми, як і більшість підприємств “Укроборонпрому”, переоснащуємо свій верстатний парк. Це — великі гроші, тому процес іде поступово. Наприклад, у механічному цеху є високошвидкісний обробний центр американської фірми HURCO. Зараз у закупівлі — токарний обробний центр. Але надсучасне обладнання — не самоціль. Наша мета —  рентабельна робота у рамках визначених завдань”.

Пройшовши усі етапи ремонту у різних цехах, літак прямує на льотно-випробувальну станцію. Для цього у штаті заводу є один пілот. З заводу вирулює на злітно-посадкову смугу, спільну з аеропортом. Робить два випробувальні польоти, потім — ознайомчий політ (вже з пілотом експлуатуючої частини), після чого летить у полк. Літак для інозамовника після двох випробувальних польотів розбирають на крупно-агрегатні одиниці, вантажать у транспортний літак, і він прямує у країну за призначенням. Туди ж летить львівська бригада спеціалістів. Там  складають і “обльотують” машину. Замовник робить ознайомлювальний політ. Після цього підписує акт готовності й авіазаводу перераховують кошти.

Як і на кожному підприємстві, на авіазаводі є свої легенди. Наприклад, заводо­управління (центральний офіс по-сучасному) тут досі називають “штабом”. Назва залишилася з часів Другої світової війни. Працівники на умови роботи не скаржаться. Середня зарплата — 8,5 тисячі (працює приблизно 900 осіб), стабільна робота, на території є їдальня, де стандартний обід обходиться у 20 гривень (решту доплачує підприємство).

Джерело: Високий замок online — http://wz.lviv.ua/economics/197992-na-krylo

stailker: (Default)


Надежность российских и американских ТРДДФ разительно отличается, сообщает Indian Aerospace Defence News - IADN (22 апреля).

Наработка на отказ (Mean time to failure - MTTF) - средняя продолжительность работы какого-либо оборудования между двумя последовательными отказами, отмечает источник. Это технический термин, который используется для характеристики надежности двигателя (в данном случае).

РД-33 советской разработки имеет наработку на отказ около 500 часов, его американский "коллега" F404 - почти 1100 часов! (восклицательный знак от источника). Решение оснастить LCA Tejas двигателем F404 вместо РД-33, возможно, стал причиной того, что с 2001 года "Теджас" не потерпел ни одной аварии! (восклицательный знак от источника).
stailker: (Default)
Перевожу - наши МиГ-29МУ и Су-27МУ - с модернизированным РЛПК Н001М с картографированнием, воде и земле. ОЛС ТВ-каналом и Тубус-2 и прочими бомбами, ракетами - делают из наших истребителей:


- Самые, что не есть 4++!


Read more... )
stailker: (Default)
 

General data on Opto-electronic aim system (OEPS-30I)

 

 

Basic operating modes of the system OEPS-30I:

- survey, with viewing of zones with the various sizes;
- lock and automatic tracking of the target with range measurement;
- targeting with subscanning.

 Structurally of OEPS-30I systems includes: 

Read more... )
Read more... )
stailker: (Default)



В последнее время новостные ленты российских СМИ все чаще пестрят сообщениями о небывалом прорыве в импортозамещении. Успехи действительно есть, например, в сельском хозяйстве и животноводстве. Однако, как отмечает ряд экспертов, заменить отечественными аналогами удалось лишь незначительную часть импорта – в основном это касается товаров и услуг, производство которых не требует серьезных денежных вливаний и высокой квалификации сотрудников. А вот, что касается высокотехнологичных отраслей, машиностроения и особенно ракетостроения – достигнуть высоких результатов пока так и не удалось. Особенно это касается военно-промышленного комплекса.


Поэтому в период обострения геополитической обстановки как в регионе, так и мире в оборонной сфере мы остаемся зависимы от стран НАТО, ЕС и что самое удивительное (!), от Украины.


Причем самой уязвимой областью, с точки зрения замещения, стала ракетная техника, российский флот и авиация, которые по-прежнему зависят от украинских комплектующих.


Несмотря на прекращение военно-технического сотрудничества, мы продолжаем закупать у официального Киева малогабаритные турбореактивные двигатели для противокорабельных ракет Х-35Э и тепловые головки самонаведения для ракет ближнего боя Р-73Э, используемые фронтовой авиацией. Над первой уже несколько лет безрезультатно работает НПО «Сатурн». Что же касается ракет Р-73Э, то им на замену решено создать новую ракету ближнего боя, разработкой которой занимается КБ «Вымпел». Ее испытания, в лучшем случае, пройдут в ближайшие года три, а еще через год она может быть принята на вооружение. Поэтому ждать ракет собственного производства стоит не раньше чем через четыре года.


Еще одним печальным событием в реализации программы тотального импортозамещения стал срыв гособоронзаказа от концерна ВКО «Алмаз-Антей» по проекту зенитно-ракетного комплекса морского базирования «Полимент-Редут». По словам начальника Главного управления вооружения генерал-лейтенанта Анатолия Гуляева, концерн не может довести разработку до заявленных технических характеристик, «ракеты валятся на третьей секунде».


Не лучше у нас обстоят дела и с другими комплектующими, поставляющимися в Россию из Украины. Критическое значение для отечественного ВПК имеют двигатели для средних и тяжелых вертолетов Камова и Миля, а также газотурбинные установки, которыми оснащаются все новейшие фрегаты и большие десантные корабли, «строящиеся» в настоящее время на верфях. Но если производство силовых установок для винтокрылых машин, пусть и мелкосерийное, уже развернули в Санкт-Петербурге на заводе им.Климова, то собственные газотурбинные морские двигатели нам еще только предстоит создать.


Но все-таки главная «беда» российской оборонки заключается в отсутствии собственной элементно-компонентной базы (ЭКБ), которая лежит в основе любой современной сложной военной техники. Раньше электроника закупалась в странах ЕС и НАТО, но с введением Западом санкций на поставку в Россию ЭКБ категорий «military» (для использования в военных системах) и «space» (радиационно стойкие комплектующие) наш ОПК оказался в очень сложном положении. Удивительно, но вместо того, чтобы вложить средства в организацию производства на территории России, мы вынуждены втридорога закупать аналоги необходимых элементов в Китае. Это, в свою очередь, ведет к удорожанию конечного продукта оборонной промышленности и потери конкурентоспособности на внешнем рынке.


На сегодняшний день политика «абсолютного и бездумного» импортозамещения уже привела к отказу Вьетнама от покупки российских систем ПВО Панцирь-С1 в пользу более дешевого израильского комплекса «SPYDER». В последующем такой подход в замене импорта отечественными аналогами может стать причиной снижения экспорта вооружения, который, к слову, является второй по доходности статьей в бюджете государства.


Да что там Вьетнам – сам факт того, что премьер-министр РФ Дмитрий Медведев снял запрет на иностранные госзакупки для силовых ведомств, свидетельствует, если не о полном, то частичном уж точно, провале программы импортозамещения. Согласно принятому постановлению, теперь ведомства смогут вновь закупать зарубежные товары, даже если их аналоги производятся в России. А ведь именно за счет госзакупок на плаву держатся большинство предприятий ВПК. Выходит, что отечественные производители вновь останутся не у дел.


Совершенно очевидно, что программа тотального импортозамещения в российском ВПК, принятая нашим руководством, далека от реального положения дел в оборонке и не направлена на замещение чувствительных для военно-промышленного комплекса компонентов, а скорее усугубляет и без того тяжелый экономический кризис.


Яркий пример – замена минских шасси отечественными аналогами. Процесс крайне невыгодный обеим сторонам, как с технической, так и экономической точки зрения. Да и в чем смысл нашей независимости от белорусского МЗКТ, оборонного предприятия нашего ближайшего союзника, когда мы по-прежнему продолжаем сидеть на оборонной игле Украины, Запада и стран НАТО, с которыми якобы не дружим!


Но нет, наша оборонка даже после провальной попытки КАМАЗа создать альтернативу многоосным шасси МЗКТ, на которую, между прочим, ушло 9 лет и миллиарды рублей, не останавливается на достигнутом и вместо несостоявшегося проекта «Платформа О» собирается раскошелиться на новый проект «Компрессор», которым готов заняться все тот же КАМАЗ.


Минские шасси грузоподъемности менее 40 тонн, на которых базируются оперативно-тактические ракетные комплексы «Искандер», реактивные системы залпового огня «Смерч» и «Торнадо», зенитные ракетные системы С-300 и С-400 планируется заменить колесными шасси Брянского автомобильного завода. Такая замена, собственно говоря, выходит в разы дороже, чем купить весь «Минский завод колесных тягочей» на любых условиях у тех же белорусов.


А ведь Лукашенко предлагал за три млрд долларов купить МЗКТ, но нет, нам даром надо. Вот только теперь это «даром» обходится в 9 млрд рублей (это только на модернизации БАЗа), не говоря уже об оплате долгов предприятия и стоимости организации всей линии производства. Арифметика оборонщиков проста – лишь бы не достался Белоруссии кусок нашего пирога.


Складывается впечатление, что импортозамещение, особенно в ВПК, больше походит на распиловку оборонного бюджета, чем на замещение отечественными аналагами критически важных компонентов вооружения, необходимых для обороноспособности всей России.


В общем, можно смело заявить, что наш ВПК как с технической, так и с экономической точки зрения импортозамещение похоже провалил.


Права на данный материал
принадлежат Бортовой журна

Профіль

stailker: (Default)stailker

May 2017

M T W T F S S
1 2 34 5 67
8 91011 12 1314
15 16 17 18 19 2021
222324 2526 27 28
293031    

Заголовок

RSS Atom

Резюме сторінки

Стиль рубрики

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated May. 29th, 2017 03:12 pm
Powered by Dreamwidth Studios